Поиск
×
Поиск по сайту
Часть 35 из 106 В начало
Для доступа к библиотеке пройдите авторизацию
Под стеной находился ров, наполненный кактусами и высокой травою. Мы легли в него, чтобы перевести дух и расправить затекшие члены. - Этот ров тянется довольно далеко, - прошептал Линкольн. - Мы им и проберемся. - Конечно, - подтвердил Рауль, - это самый безопасный путь. - Вперед! - скомандовал я шепотом. И мы поползли на четвереньках. На краю рва возвышалось здание. Во всех окнах было темно, и из дому не доносилось ни малейшего звука. Только последнее по счету окно было ярко освещено. Несмотря на опасность нашего положения, мне во что бы то ни стало захотелось заглянуть в окно. Оно было довольно высоко и забрано железной решеткой. Я ухватился за нее и подтянулся на руках. Мои товарищи притаились в кактусах. Моим глазам представилась комната, убранная с комфортом и даже с некоторою роскошью. Но не на обстановку было обращено мое внимание - я заметил ее только мельком, - взор мой приковался к человеку, сидевшему в этой комнате перед столом. Этот человек был Дюброск! Я вздрогнул столько же от неожиданности, сколько и от ненависти. Будь у меня в руках огнестрельное оружие, я убил бы его тут же, на месте. Не будь железной решетки, я пробрался бы в окно и задушил его голыми руками! В ту минуту я не владел собой… В комнату вошел молодой человек, одетый не то воином, не то ранчеро. Грацией его фигуры и осанки невольно можно было залюбоваться. Грусть омрачала красивое лицо юноши. Он подошел к столу и положил на него руку, на которой сверкало несколько дорогих колец. Он был бледен, его рука дрожала. Лицо показалось мне знакомым. Это был не Нарсиссо, которого я узнал бы сразу, но он был похож на него, а также и на Гвадалупе. Я вгляделся пристальнее, пораженный этим открытием. Да, сходство было разительное. «Неужели это она? В этом костюме? Нет, нет! Но эти глаза! А, теперь понял! Это она, Мария де Мерсед!» Я видел ее только на портрете, но сейчас узнал в ней того юношу, который постоянно сопровождал Дюброска и поражал всех нас странностью своего поведения. Вместе с тем я вдруг понял, что это именно она утром сунула мне записку и шепнула: «Мужайтесь!» Она же перерезала веревки, дала мне кинжал и… говорила о любви. Все, что казалось мне таинственным и загадочным, теперь сразу сделалось ясным как день. Значит, Гвадалупе и не подозревает о моем присутствии здесь! Эта мысль обрадовала и успокоила меня… Происходило какое-то объяснение… Я укрепился ногами на большом камне, прижался к железной решетке и заглянул в самое окно. Дюброск в сильном возбуждении шагал из угла в угол. - Ты, должно быть, вздумала возбудить во мне ревность? - кричал он, окидывая ее злым взглядом. - Напрасно! Ревновать не в моих привычках!… Я давно знаю, что ты любишь этого проклятого янки, давно заметил все твои проделки. Можешь сопутствовать ему в предстоящем ему воздушном путешествии, я тебе не препятствую! Ревновать же мне нечего… Твои прелестные кузины сильно подросли с тех пор, как я видел их в последний раз… Кровь бросилась мне в лицо. Мария де Мерсед вскочила с своего места, подошла к Дюброску и проговорила вне себя: - О, если ты осмелишься приблизиться к ним с дурным намерением, я сумею защитить их!… Довольно одной твоей жертвы… довольно того, что ты погубил меня… Хотя сейчас и нет законов, но я знаю, как наказать такого негодяя, как ты!… - Жертва! - насмешливо произнес Дюброск. - В чем же состоит твоя жертва, Мария? Ведь ты, конечно, говоришь о себе? Ты - супруга первого красавца во всей Мексике. Разве это - жертва? Слово «супруга» он проговорил особенно едко. - Да, хорошую комедию ты разыграл с этим фальшивым священником! - воскликнула молодая женщина. - До чего он довел меня! Опозорил, втоптал в грязь, лишил всякого человеческого достоинства… Неужели я могла полюбить такого низкого негодяя?… Нет, это была не любовь, это было лишь ослепление, безумие! Последние фразы она говорила как будто самой себе. - Мне совершенно безразлично, любила ты меня или нет, - ответил Дюброск, очевидно, задетый ее словами. - Речь не о том. Любовь твоя никому не нужна; мне нужно, чтобы ты заставила своего богатого дядюшку признать тебя и выдать тебе то, что старик противозаконно захватил в свои цепкие руки. Это ты сделаешь завтра же! - Я никогда этого не сделаю! - Сделаешь, а не то… Мария круто повернулась на каблуках и пошла к двери. - Ну, да это мы еще успеем! - сказал Дюброск, грубо схватив ее за руку. - Сегодня я тебя отсюда не выпущу. Я видел, что ты утром подъезжала к этому проклятому янки и что-то шептала ему. Ты, чего доброго, еще вздумаешь помочь убежать. Нет, оставайся-ка здесь, моя милая! Утром я выпущу тебя, чтобы ты могла полюбоваться, как он будет болтаться в воздухе! Ха, ха, ха! С этими словами креол вышел из комнаты и запер за собой дверь. Лицо молодой женщины выражало странную смесь торжества и беспокойства. Она подбежала к окну и прижалась к нему, стараясь проникнуть сквозь стоявший снаружи мрак. Я снял с пальца ее алмазное кольцо и нацарапал на стене слово «Gracias! (Благодарю!)». Увидав меня, она задрожала и отступила назад… Нельзя было более медлить: товарищи давно уже ворчали на задержку. Я спустился вниз, и мы поспешили дальше… С опушки леса еще было видно то окно, за которым стояла женщина. Она теперь держала в руке лампу и читала то, что я вырезал на стекле. Я никогда не забуду выражения ее лица!… Еще минуту - и мы были в чаще леса… Глава XLI. ПРЕДИСЛОВИЕ Некоторое время я колебался, не зная, на что решиться. Быть может, Гвадалупе находилась во власти Дюброска, взятая им в плен под каким-нибудь предлогом. Нам следовало попытаться спасти ее, но как это сделать? Нас было всего пятеро безоружных, едва живых людей - не нам было спасать других. Меня утешала мысль, что Мария де Мерсед сумеет защитить своих родственников лучше нас. Остаться было бы безумием, и я решился на бегство. Мы мало опасались неудачи. Рауль знал окрестности, как свои пять пальцев, и мы смело могли на него положиться. Мы приостановились, чтобы окончательно выбрать направление. В этот самый момент раздался протяжный звук сигнального рожка. Вслед за тем грянул пушечный выстрел, повторенный тысячью отголосков. - Ого! - воскликнул Рауль. - Это означает, что наше бегство замечено. - Почему ты так думаешь? - спросил Линкольн. - Да ведь это сигнальный выстрел, которым призываются ко вниманию все их аванпосты, расположенные тут, в горах… Теперь нам надо держаться настороже! - Этот лес слишком редок, сквозь него все видно. Надо выбраться отсюда как можно скорее, - пробормотал Линкольн. - Да, - подтвердил Рауль, - в лесу не укрыться, но километрах в пятнадцати отсюда есть кустарник, который настолько густ, что в нем едва можно двигаться. Если мы доберемся туда до наступления утра, то будем спасены. - Идем! Мы шли как можно осторожнее. Треск сухих ветвей, шорох раздвигаемых нами кустов могли выдать нас. Со всех сторон раздавались сигналы; слышно было, как с гасиенды отправились несколько отрядов в погоню за нами. Наконец мы достигли неглубокого ручья, о котором упоминал Линкольн. Мы вошли в воду и пошли прямо по дну, чтобы скрыть свои следы… Приближался топот лошадей. Ясно слышалось бряцание оружия, и даже можно было различить голоса людей, говоривших между собой. - Как они могли удрать? - недоумевал один. - Кто им помог проломить стену? Ведь сами они не могли этого сделать… - Это невозможно. Кто-то помог им… - Это, верно, Хозе! - заговорил другой голос. - И я уверен, что их выручил великан, который удрал из ранчо. Он же убил и змею. Мы обыскали все норки вокруг гасиенды, но не нашли его… Наверное, он все время шел по нашим следам, чтоб ему провалиться! - А хорошо стреляет, - сказал третий. - Говорят, его винтовка бьет на целый километр. Змее он угодил прямо между глаз. Клянусь, у этой змеи был недурной вкус, она облюбовала самую красивую дочку старого испанца. Да, если бы не пуля этого янки… Больше нельзя было ничего расслышать: гул голосов постепенно замер в отдалении. - Да, если бы этот янки не вздумал стрельнуть в змею, не было бы теперь в живых одного из вас, - пробормотал Линкольн. - Так это действительно вы убили змею, Линкольн? - спросил я. - Да, капитан, я. Не будь этой отвратительной гадины, я покончил бы с изменником Дюброском. Только я наметился в него, как вдруг увидел змею. Делать нечего, пришлось потратить заряд для спасения испанки… - А не знаете, что сталось с Джеком? Жив он? - Жив и здоров. Что ему сделается! Я послал его с поручением к полковнику. - А! Значит, мы можем ожидать помощи из лагеря? - Да… но нас будут искать на ранчо, так что надо больше рассчитывать не на эту помощь, а на Рауля. - Это верно. Вперед, Рауль! Мы двинулись дальше, соблюдая величайшую осторожность. Вскоре после полуночи мы достигли густого кустарника. С трудом продолжая подвигаться вперед, мы дошли наконец до маленькой прогалины, покрытой высокой травою; там мы легли отдохнуть. Разбитые, измученные, все мы вскоре уснули так, что нас не мог бы разбудить даже грохот пушек… Глава XLII. НОВАЯ ОПАСНОСТЬ
book-ads2
Перейти к странице:
Подписывайся на Telegram канал. Будь вкурсе последних новинок!