Поиск
×
Поиск по сайту
Часть 19 из 75 В начало
Для доступа к библиотеке пройдите авторизацию
– Езжай! Машина тронулась с места и выехала со стоянки. Вытянулись пунктирной линией катафоты. Летящая из-под колёс пыль выглядела инфернально красной. – Наверное, надо куда-нибудь позвонить? – испуганным голосом предложила девушка. – Да, – задумчиво отозвался Сергей, – действительно. Надо. Он вставил «симку» в телефон. Не с первой попытки, потому что окоченевшие пальцы еле слушались. Нажав на кнопку включения, Сергей понял, что телефон, наверное, разряжен. – Ну же, сука – работай, работай, работай! На экране появился значок загрузки, и Сергей смущённо извинился. Он нашёл в немногочисленных контактах дом Грёз и нажал на «вызов». Трубку снял Гена. – А ты… можешь позвать кого-то ещё? – спросил Серёжа вместо приветствия. Гена долго молчал. Когда Сергей уже решил, что тот его не узнаёт, Гена ответил: – Кого позвать? Тебя тут никто не ждёт. – Гена, это не смешно. – Мне с самого начала было не смешно. Это неправильно, что вы здесь жили. Занимали чужое место. Серёжа зажмурился, как будто ему в лицо брызнуло что-то едкое. – Это чьё же, интересно? – Глеба, моего друга. – Это того Глеба, который ушёл со скандалом? – крикнул Сергей. – Который наложил Андрею за шиворот в благодарность за всё хорошее? – Так и ты поступил точно так же, Левый! Скажешь, нет? А я всё знаю! – разозлился Гена. – Только в отличие от вас Глеб тут вырос! Он имеет право! Он вернётся, понятно тебе?! Вернётся! – Гена, он не вернётся… Вызов прервался. – Очень мило, – прошептал Сергей. Он набрал Альбину и долго слушал гудки, прежде чем в динамик ворвалась примитивная повторяющаяся музыка, и запыхавшийся голос знакомо произнёс: – Серёжа! Это ты? Где вы?! Он посмотрел в окно. Мимо проносились вмёрзшие в землю деревья. – Альбина, а я не знаю, где мы. На какой-то трассе посреди какого-то леса. – Что происходит?! – Это ты мне расскажи, что у вас происходит. Мне сейчас нужнее. – Что ты наговорил Андрею? Он рвёт и мечет. Готовит документы на ваш перевод в государственный интернат на случай, если… когда вы вернётесь. – Альбина осторожно спросила: – Вы ведь возвращаетесь, правда? – Нет уж, – скривился Сергей. – Хватит с нас казённых домов. – Не бродяжничать же теперь! – Послушай, нам бы пересидеть пару месяцев в спокойном месте, пока всё утрясётся. Пусть Андрей остынет. А потом мы вернёмся, и я ему всё объясню. Ты случайно не знаешь такого места? – Нигде, кроме «Сна Ктулху», я не бывала… – «Сон Ктулху»? – ухватился за эту идею Серёжа. – А нас туда возьмут? Несовершеннолетних и без документов? – Ну, Кукольник же вас взял. А мне даже не предлагал ничего ни разу. От этих слов повеяло неоправдавшимся расчётом. Вероятно, Альбина поняла, что сболтнула что-то не то, потому что ей вдруг стало неудобно разговаривать. Но если бы Серёжа позвонил завтра, то вместе они бы что-нибудь обязательно придумали… Расчленяя телефон, чтобы близнецов не нашли и не отправили в государственный интернат, Сергей знал, что в ближайшее время Альбине не перезвонит. Нечаянная спасительница с недоумением взглянула на то, что он делает. До Серёже дошло, что она имела в виду, позвонить надо в «Скорую» или пожарным. Но он слишком переволновался, чтобы заботиться о том, какое впечатление производит. И это было ещё не всё. – Я оставил там паспорт… – начал Герман. – Тихо! – крикнул Сергей. Он увидел в зеркале заднего вида «Газель» с треснувшим лобовым стеклом и в панике сполз по сидению. «Газель» обогнала их и растаяла в темноте. – Считай, что ты потерял паспорт. Или хочешь вернуться? – Не хочу. Не хочу, братик. – Так, – произнёс Серёжа, лихорадочно соображая, – так… Куда ведёт эта дорога? – В город, – ответила девушка, старательно ведя машину. – А другой дороги нет? – Тут одна дорога – до города. И ещё… Там пост ДПС по пути. – Скверно, – сказал Сергей. Девушка решительно тряхнула головой и выбившаяся из причёски прядь упала ей на лицо. В основании тускло блеснула капля силикона для волос. – Прошу прощения. Я случайно услышала, куда вы направляетесь. Это вам на станцию надо. Там останавливается поезд… Ну, проездом. Он как раз идёт на север. Проводнику денег дадите, и всё. Она воткнула белый полумесяц ногтя в экран навигатора. – Тут через лес можно пешком дойти. Близнецы вышли на заброшенной автобусной остановке. Машина постояла ещё какое-то время. Ветер швырял белое крошево в клубящееся над капотом тепло. Холод стоял зверский. Девушка открыла дверь и что-то бросила близнецам, после чего машина развернулась и помчала туда, где ещё не погас Кукольный театр. Близнецы поймали. Это оказалась шапка, тяжёлая от нашитых на неё пайеток. – По очереди будем надевать. Чур я первый, – мрачно сказал Герман. За остановкой стоял бак с сырой водой. В баке плавал наполовину утопленный ковш и отражалось ночное небо. Убирая телефон в задний карман джинсов, Сергей что-то нащупал и вытащил. Это был тканевый мешочек. Он помялся и почти потерял форму. Разобрав мешочек, Серей нашёл в нём ампулу с каплей цвета мяты. Он попытался поймать в воде взгляд брата. Но Герман смотрел в другую сторону, и сквозь его отражение просвечивали звёзды. Сергей надкусил ампулу, и на зубах захрустело. Он выплюнул стекло. Во рту разливался приторный, гнилостно-сладкий привкус. Взломав тонкий лёд на поверхности воды, Серёжа вытащил ковш за цепь, которым тот был прикован к баку, и жадно напился. Спустя миг, краткий, как смена кадра, но отчётливый, как граница между светом и тенью в солнечный день, Серёжа снова оказался слева. На него медленно снисходило понимание того, что и раньше всё было в порядке. Как Палочник и говорил, близнецы не менялись местами. Вовсе не обязательно было принимать наркотик, чтобы это осознать. Сергей вообще многое вдруг стал понимать, как будто рухнули рамки, за которые его сознание не могло вынести лишнего. Так, выдёргивающиеся из темноты верхушки деревьев сказали, что погоня не застигнет близнецов. Промёрзлая на глубину могилы земля – что близнецы погибнут в этом лесу. А выловленный из воды взгляд брата – что Сергей всегда был только обузой. Серёжа ощутил это так отчётливо, будто близнецы снова стали одним целым, как когда-то в утробе. И Герман понял, что он знает, и бросился бежать. Его гнал стыд и желание вырваться за пределы тела. Как будто существовала такая скорость, которая позволила бы оставить брата позади – пусть обманутого и брошенного, но самого по себе. Он услышал, как Сергей зовёт его по имени, откуда-то издалека, и остановился, и почувствовал, что сердцу тесно, словно оно стало слишком большим для грудной клетки. Герман сглотнул слюну с ощущением, что на языке выступила кровь. Осколки того, что он привык считать собой, догнали его и вонзились в спину. Он вскрикнул и упал. Разбил лицо об обледеневшие корни, больно и холодно. * * * И под этим, пожалуй, можно было бы подвести черту.
book-ads2
Перейти к странице:
Подписывайся на Telegram канал. Будь вкурсе последних новинок!