Поиск
×
Поиск по сайту
Часть 10 из 49 В начало
Для доступа к библиотеке пройдите авторизацию
– Тише! – приложила палец к губам Мариша. – Там телефон звонит. Вот! Трубку сняла! Юлька внезапно ощутила жуткий приступ любопытства и тоже приникла ухом к двери. Сквозь щелочку было слышно каждое слово. – Я ведь просила мне домой не звонить! Сейчас это очень опасно! – раздался сердитый и слегка приглушенный голос Светланы Евгеньевны. – Я сама свяжусь! Потом было длительное молчание. И наконец Светлана Евгеньевна произнесла: – Ну хорошо! Я сказала, хорошо! Но только через час. Не раньше. Не вешая трубку, Светлана Евгеньевна принялась набирать чей-то номер. – Душенька, Анна Семеновна! – услышали подруги ее сладкий голос. – Вы не окажете мне огромную любезность? Вы ведь идете гулять со Степочкой? Не могли бы вы заодно погулять и с Андреем? Недолго. Часика два. Мне необходимо быть дома. Нет, нет! Пока ничего не известно. Но мальчику нужен свежий воздух. А мне надо быть дома, на тот случай, если позвонят похитители. – Ничего себе! – прошептала Мариша, пока Светлана Евгеньевна умасливала Степкину няню. Наконец договоренность была достигнута. И Светлана Евгеньевна помчалась собирать внука, крича, что сейчас за ним зайдут Анна Семеновна и Степка. Подруги проворно отскочили от двери и заняли безопасную позицию в нише за лифтом. Анна Семеновна и Степка появились минут через пятнадцать. Получив Андрюшку с целым пакетом игрушек, троица отправилась на улицу. Гулять. А подруги снова приникли к двери. Судя по звукам, Светлана Евгеньевна развила бешеную деятельность. В квартире что-то падало, громыхало. Слышались сдавленные ругательства. Потом ненадолго загудел пылесос. Потом Светлана Евгеньевна принимала душ и долго сушила и укладывала феном волосы. Наконец приготовления были закончены, и в этот момент лифт остановился на этаже. Девушки едва успели отскочить от двери и сделать вид, что они звонят в соседнюю квартиру, как двери лифта открылись и оттуда вышел дядечка среднепенсионного возраста. В руках он держал цветы и коробку конфет. Сам же он выглядел упитанным и жизнелюбивым колобком. Три с половиной волоска были приглажены, а сам он так благоухал туалетной водой, что подругам показалось, будто они находятся в тесной комнате, доверху набитой свежесрезанной резедой. Пригладив и без того гладкий череп, он позвонил в дверь Светланы Евгеньевны. – Иду! Иду! – раздался ее голос. – Минуточку. Сейчас открою! Но куда делись повелительные нотки, с которыми обычно отдавала свои распоряжения Светлана Евгеньевна. Сейчас это был сплошной мед и сахар. С явным намеком на игривость. Дверь открылась, и кавалер неожиданно проворно для своей комплекции шмыгнул в квартиру. – Ах, Валерий Петрович! Здравствуйте, дорогой мой! – проворковала она. – Света! Как я по вам скучал! – церемонно заявил «колобок». – Эти дни в разлуке! Боже мой! Дайте же заключить вас в объятия. Похоже, он так и сделал, а Светлана Евгеньевна не больно-то и сопротивлялась. Послышались звуки поцелуев, хихиканье и шлепки. – Похоже, ларчик просто открывался, бабушка завела себе кавалера, – прошептала Мариша. – Для встреч с ним ей была нужна свободная квартира. Вот она и отсылала свою невестку с Андреем куда подальше. А сама тем временем предавалась разгулу. – Уж ты скажешь! – фыркнула Юлька. – Разгулу! По-моему, вполне приличный дяденька. Не альфонс какой-нибудь. С цветами пришел и с конфетами! – Цветы и конфеты, конечно, хорошо, – задумчиво пробормотала Мариша. – Но мне до смерти хочется выяснить, кто он такой и что из себя представляет. И главное, как его появление могло изменить жизнь семьи. И могло ли вообще. Она быстро подошла к двери и, прежде чем Юлька успела ее остановить, нажала на кнопку звонка. В квартире было тихо. Светлана Евгеньевна и ее кавалер старательно изображали, что дома никого нет. – Открывайте! – крикнула Мариша. – Светлана Евгеньевна, это мы! Мы знаем, что вы дома со своим любовником. Стоило ей произнести последнее слово, как дверь распахнулась, и на пороге возникла малость растрепанная и вся красная от злости и размазавшейся губной помады Светлана Евгеньевна. – Что вы орете?! – злобно прошипела она в лицо Марише. – Хотите меня опозорить? Хотите, чтобы все соседи узнали о том… И Светлана Евгеньевна, смешавшись, умолкла. – Ну-ну? – подбодрила ее Мариша. – О чем узнать? Что такого позорного в том, что вы встречаетесь с мужчиной? Вы ведь вдова? – Светочка, – послышался из комнаты дрожащий голос. – Кто там? – Выходи, не бойся! – крикнула Светлана Евгеньевна. В коридоре, смущенно улыбаясь, появился тот самый мужчина. Он попытался привести свою одежду в порядок, но ему это не слишком удалось. К тому же он был весь перепачкан губной помадой, следы которой виднелись и на губах Светланы Евгеньевны. – Что вы от меня хотите? – сердито спросила у подруг Светлана Евгеньевна. – И с какой стати вы вздумали следить за мной? – С вашей невесткой случилось несчастье, – ответила ей Мариша. – Но не похоже, чтобы вы слишком близко принимали это к сердцу. – Что вы понимаете?! – неожиданно возмутился «колобок». – У Светочки золотое сердце. Вы бы знали, как она расстроена из-за похищения Инессы! – Вот как, – хмыкнула Мариша. – Выходит, что и про Инессу вы все уже знаете. И откуда? – Какое вам дело? – вмешалась Светлана Евгеньевна. – Ну, я ему сказала! – Когда это, интересно? – недоверчиво спросила у нее Мариша. – Сегодня вы ни о чем не успели поговорить. А вчера ночью, ручаюсь, Слава не дал вам возможности занимать телефон, так как каждую минуту ждал звонка от похитителей. – Какая вам разница?! – вспыхнул багровым румянцем «колобок». – Валера, тебе нельзя волноваться! – воскликнула Светлана Евгеньевна, бросаясь к своему милому. Но Валерий Петрович медленно оседал на стул, лицо его приняло просто синюшный цвет. – Ему нужен врач! – отреагировала Мариша. – Его же сейчас удар хватит. И чего он так разволновался? Что я такого спросила? – Несите воды! – скомандовала Светлана Евгеньевна. Мариша метнулась на кухню и притащила целый графин отличной холодной воды прямо из-под крана. – Где вы болтались так долго? – сердито спросила у нее Светлана Евгеньевна, еще не видя, что принесла ей Мариша. – Вот, возьмите, – предложила Мариша, сунув графин ей в руку. – Зачем так много? – окончательно рассердилась Светлана Евгеньевна. – Нужен был всего один глоток! Лекарство запить! – Ничего, – бодро заметила Мариша. – Много не мало. Можно ему в лицо поплескать. Но плескать ничего не пришлось. Валерию Петровичу стало уже несколько лучше, и он даже сумел почти самостоятельно, то есть с помощью лишь Светланы Евгеньевны, перебраться на диван. Он прилег, страдальчески прикрыв глаза и время от времени постанывая. – Пошли в другую комнату, – шепотом велела Светлана Евгеньевна. – Там и поговорим. Она провела подруг в комнату, которую занимал Слава со своей женой. Детская была еще чуть дальше по коридору. А вообще в квартире было четыре комнаты, три из которых занимали члены семьи, а четвертая была одновременно гостиной и столовой. – Выслушайте меня, – обратилась Светлана Евгеньевна к подругам, которые только об этом и мечтали. – Валерий Петрович совершенно не причастен к похищению Инессы. Он сам в жутком шоке. – С чего бы это? – фыркнула Мариша. – Он что, знал Инессу? Светлана Евгеньевна молча вздохнула. – Ладно, – наконец произнесла она. – Все равно вы бы узнали. В общем, Инесса … Инесса… – Да, да, – поторопила ее Юлька. – Так что Инесса? – Она его дочь, – последовал ответ, и у подруг от изумления отвисли челюсти. – Другими словами, вы хотите сказать, что закрутили роман с отцом вашей невестки Инессы? – уточнила у нее Мариша. – И потому встречаетесь с ним тайком, что он ваш родственник? – пробормотала наконец Юлька. – Отец вашей невестки? Боже мой! – Да какой он мне родственник? Родство-то не кровное! – возмутилась Светлана Евгеньевна. – Так что ничего ужасного я не совершила. Но разумеется, – прибавила она, подумав, – Инессе вряд ли понравилось бы, что мы с ее отцом полюбили друг друга. – Но почему же? – пожала плечами Мариша. – Вы – женщина одинокая, Валерий Петрович… – Валерий Петрович женат, – перебила ее женщина. – А! – мигом врубилась в ситуацию Мариша. – И женат он, надо полагать, на матери Инессы? Угрюмое молчание Светланы Евгеньевны подтвердило догадку Мариши лучше всяких слов. – Что же, в таком случае вряд ли Инесса стала бы горячо приветствовать ваш роман с ее отцом, – сказала Мариша. – Не так ли? – Зачем вам женатый мужчина? – спросила Юлька. – Одни проблемы с ними! – Брак Валерия Петровича давно превратился в фарс! – воскликнула Светлана Евгеньевна. – Он сам мне говорил, что его с женой не связывает нынче ничего, кроме груза прожитых вместе лет. – Груза! Ну, разумеется! – фыркнула Мариша. – Придумал бы что-нибудь пооригинальней. А спит он, надо полагать, на коврике в прихожей? И из их общей супружеской постели давным-давно изгнан? – Так и есть! – воинственно кивнула Светлана Евгеньевна. Подруги переглянулись и тяжело вздохнули. – А я-то еще наивно думала, что с возрастом люди избавляются от иллюзий, – пробормотала Юлька. – Мечтала, повзрослею, – ни один мужик не сумеет меня вокруг пальца обвести! А оказывается, возраст никакого значения не имеет. И в шестьдесят – все то же самое. – Валерий Петрович меня не обманывает! – воскликнула Светлана Евгеньевна. – Как только мы купим себе отдельное жилье, он сразу же уйдет от жены и подаст на развод. – Очень благородно с его стороны, – пробормотала Мариша и тут же заинтересованно спросила: – Новое жилье? Вы имеете в виду квартиру? – Ну да, – кивнула Светлана Евгеньевна. – Сначала, как я вам говорила, мы со Славой хотели купить новую дачу. Но потом мы с Валерием Петровичем поняли, что жить друг без друга не можем, и решили уйти из семей. И хоть на старости лет пожить счастливо. Так что квартира для нас сейчас важнее даже самой распрекрасной дачи. Из дальнейших объяснений Светланы Евгеньевны выяснилась следующая картина. Оба пенсионера были людьми умудренными житейским опытом, в облаках не парили и прекрасно понимали, что если они создадут новую ячейку общества, то как-то придется решать вопрос с жильем. О том, чтобы Валерий Петрович поселился в одной квартире с дочерью и своей новой женой, и речи быть не могло. Инесса, мстя за наверняка обиженную мать, отравила бы жизнь и им, и Славе. Итак, Светлана Евгеньевна испытывала большие моральные трудности, решаясь на предложения Валерия Петровича. Уйти жить к нему, переселив мать Инессы к ней, тоже было нельзя. Теща сожрала бы зятя с потрохами, обвиняя его за поступок матери. В общем, сплошной клубок проблем. К середине разговора появился оклемавшийся Валерий Петрович и тоже принял участие в обсуждении.
book-ads2
Перейти к странице:
Подписывайся на Telegram канал. Будь вкурсе последних новинок!